9 дней и одна жизнь
Jul. 20th, 2019 12:10 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
alert_ua Я не могу об этом не писать, но вы всегда можете это не читать.
Мне нужно писать хронологически, особенно о том, что потом будет иметь последтсвия или же наоборот - само является отголосков каких-то предыдущих событий.
На 9-ый день для души человека наступает время очищения. Пребывать без поддержки близких в этот день душе может быть тяжело. Посмертная память у человека сохраняется, его душа знает и помнит, что в земной жизни остались люди, которые могут о нем помолиться. Память – это часть человеческой личности и нигде не говорится о том, что попадая на небо, душа человека совершенно утрачивает связь с этим миром. Тем более впереди страшная встреча с обителями ада. Эта встреча длится дольше, потому что в Царствие Небесное входят “тесными вратами”. Адские обители гораздо больше райских.(с)
На девятый день я совсем плохо понимала, что происходит. Мамина смерть и похороны прошли очень быстро, очень. Я вообще очень быстрая, как мне казалось, потому что когда дочура улетела на работу, сестры уехали по домам и осталась я одна, с тех пор ощущение вроде я пчела попавшая в мед - все никак не могу выбраться.
На девятый день, я пришла в госпитальный храм помолиться о маминой душе, которой сейчас очень нужна была поддержка, потому что путь у нее был самый, пожалуй тяжелый. Договорилась с отцом Олегом, на работе отпросилась на полдня. Сидела, ждала священника как в каком-то ступоре. Панихида была скромной - бутылка церковного вина и свеча.
о.Олег так и сказал - не неси нам ничего такого, мы в храме не готовим, а вот вино на причастие очень пригодится. И я сижу с бутылкой этого закарпатского кагора и думаю: это так по-нашему, так похоже на нашу семью - делать все правильно, но по своему.
Мы вообще все умудряемся жить насколько это возможно правильно, но все делаем это по своему и мама и я и дочура. Вечером на работу заказала осетинские пироги, особо не распространялась, просто выдавила еле слышно - по маме девять дней сегодня, угощайтесь.
И надо же - в обычно пустой наш офис, набилось гостей и всем хватило угощения, некоторым еще и с собой домой дали. Небольшое чувство удовлетворения - много людей, это хорошо.
Я к панихиде отношусь очень ответственно. Я знаю какой она должна быть, для чего она и зачем. Были времена, когда мы только и питались что с панихиды, а потом настали времена, когда самые лучшие продукты неслись в трапезную нашего монастыря.
А потом, когда начинаешь выходить из этого закляклого состояния понимаешь, что чего-то не хватает. Сзади - пустота и чернота, и страшно обернуться. Я не знаю как это выглядит физически, потому что оглядывание назад, ощущение защиты которое всегда было за спиной - оно метафизическое. И вот чувствую - нет защиты, есть пропасть и пустота.
Одно только сравнение приходит на ум. Когда приезжаю в Израиль у меня ощущение полной безопасности - вот просто уверенность, что ничего плохого не моет произойти, если можно ощущать закон и порядок - то вот там я его ощущаю. В Украине всегда на нервах, всегда интуитивно выживаешь, где бы ни был. Уже привыкаешь жить в небезопасности, как к застарелой боли в колене.
Когда были бабушка и мама, они за мной были как щит, как закон и порядок, как то, что не видно, но оно есть - благословление рода. Когда бабушка ушла 9 лет назад, ее уход был мягким, предсказуемым и безболезненным, я успела нарастить какую-то защиту как бы.
Мама ушла настолько внезапно, что я осталась с ощущением, что стою на краю пропасти, при этом спиной к этой прорве, что еще страшнее.
Это уже полтора месяца прошло и я понимаю, а тогда просто одни ощущения и как дальше жить неизвестно.
Но мироздание любит баланс, мы с моим мирозданием бухгалтеры еще те и со мной стали происходить события.
Стали звонить друзья, не близкие - потому что далеко, но дорогие и ценные. Звонили и спрашивали - а у тебя все ли в порядке, а то как-то мне не хорошо. Что? Мама умерла? - знаю, сам пережил. Будет очень тяжело, плач и жди. В дом ее не сможешь войти -я вот уже пять лет не могу, так что не пугайся.
Подруга школьная, Динка, с которой по пустяку и моему скверному характеру разбежались на 10 лет...
Звонок на работу: Здравствуйте, перенесите нашу запись на экскурсию на другой день. - Да без проблем, фамилию назовите вашу...
- Дина? Это же я Катя Бузова! - Как дела? - Да, вот, мама....
и разговор со слезами и как и не было этих 10 потерянных лет, хороших добрых отношений. И думаю - почему сейчас?
- Катя, еду по Подолу, подумал о тебе, у тебя все ок? - звонок от моего любимого шефа, с которым после моего сокращения с любимой работы разлетелись в разные концы. - Да вот, девять дней по маме. - Ох, будет тяжело, тут ничем не помогу, сам прошел недавно. Обнимаю, плачь если можешь.
И вокруг меня то с одной стороны, то с другой, как капли ртути появлялись и исчезали люди, которые мне так и сказали - будет тяжело, и уже никогда не будет как прежде, но жизнь продолжается.
Мне нужно писать хронологически, особенно о том, что потом будет иметь последтсвия или же наоборот - само является отголосков каких-то предыдущих событий.
На 9-ый день для души человека наступает время очищения. Пребывать без поддержки близких в этот день душе может быть тяжело. Посмертная память у человека сохраняется, его душа знает и помнит, что в земной жизни остались люди, которые могут о нем помолиться. Память – это часть человеческой личности и нигде не говорится о том, что попадая на небо, душа человека совершенно утрачивает связь с этим миром. Тем более впереди страшная встреча с обителями ада. Эта встреча длится дольше, потому что в Царствие Небесное входят “тесными вратами”. Адские обители гораздо больше райских.(с)
На девятый день я совсем плохо понимала, что происходит. Мамина смерть и похороны прошли очень быстро, очень. Я вообще очень быстрая, как мне казалось, потому что когда дочура улетела на работу, сестры уехали по домам и осталась я одна, с тех пор ощущение вроде я пчела попавшая в мед - все никак не могу выбраться.
На девятый день, я пришла в госпитальный храм помолиться о маминой душе, которой сейчас очень нужна была поддержка, потому что путь у нее был самый, пожалуй тяжелый. Договорилась с отцом Олегом, на работе отпросилась на полдня. Сидела, ждала священника как в каком-то ступоре. Панихида была скромной - бутылка церковного вина и свеча.
о.Олег так и сказал - не неси нам ничего такого, мы в храме не готовим, а вот вино на причастие очень пригодится. И я сижу с бутылкой этого закарпатского кагора и думаю: это так по-нашему, так похоже на нашу семью - делать все правильно, но по своему.
Мы вообще все умудряемся жить насколько это возможно правильно, но все делаем это по своему и мама и я и дочура. Вечером на работу заказала осетинские пироги, особо не распространялась, просто выдавила еле слышно - по маме девять дней сегодня, угощайтесь.
И надо же - в обычно пустой наш офис, набилось гостей и всем хватило угощения, некоторым еще и с собой домой дали. Небольшое чувство удовлетворения - много людей, это хорошо.
Я к панихиде отношусь очень ответственно. Я знаю какой она должна быть, для чего она и зачем. Были времена, когда мы только и питались что с панихиды, а потом настали времена, когда самые лучшие продукты неслись в трапезную нашего монастыря.
А потом, когда начинаешь выходить из этого закляклого состояния понимаешь, что чего-то не хватает. Сзади - пустота и чернота, и страшно обернуться. Я не знаю как это выглядит физически, потому что оглядывание назад, ощущение защиты которое всегда было за спиной - оно метафизическое. И вот чувствую - нет защиты, есть пропасть и пустота.
Одно только сравнение приходит на ум. Когда приезжаю в Израиль у меня ощущение полной безопасности - вот просто уверенность, что ничего плохого не моет произойти, если можно ощущать закон и порядок - то вот там я его ощущаю. В Украине всегда на нервах, всегда интуитивно выживаешь, где бы ни был. Уже привыкаешь жить в небезопасности, как к застарелой боли в колене.
Когда были бабушка и мама, они за мной были как щит, как закон и порядок, как то, что не видно, но оно есть - благословление рода. Когда бабушка ушла 9 лет назад, ее уход был мягким, предсказуемым и безболезненным, я успела нарастить какую-то защиту как бы.
Мама ушла настолько внезапно, что я осталась с ощущением, что стою на краю пропасти, при этом спиной к этой прорве, что еще страшнее.
Это уже полтора месяца прошло и я понимаю, а тогда просто одни ощущения и как дальше жить неизвестно.
Но мироздание любит баланс, мы с моим мирозданием бухгалтеры еще те и со мной стали происходить события.
Стали звонить друзья, не близкие - потому что далеко, но дорогие и ценные. Звонили и спрашивали - а у тебя все ли в порядке, а то как-то мне не хорошо. Что? Мама умерла? - знаю, сам пережил. Будет очень тяжело, плач и жди. В дом ее не сможешь войти -я вот уже пять лет не могу, так что не пугайся.
Подруга школьная, Динка, с которой по пустяку и моему скверному характеру разбежались на 10 лет...
Звонок на работу: Здравствуйте, перенесите нашу запись на экскурсию на другой день. - Да без проблем, фамилию назовите вашу...
- Дина? Это же я Катя Бузова! - Как дела? - Да, вот, мама....
и разговор со слезами и как и не было этих 10 потерянных лет, хороших добрых отношений. И думаю - почему сейчас?
- Катя, еду по Подолу, подумал о тебе, у тебя все ок? - звонок от моего любимого шефа, с которым после моего сокращения с любимой работы разлетелись в разные концы. - Да вот, девять дней по маме. - Ох, будет тяжело, тут ничем не помогу, сам прошел недавно. Обнимаю, плачь если можешь.
И вокруг меня то с одной стороны, то с другой, как капли ртути появлялись и исчезали люди, которые мне так и сказали - будет тяжело, и уже никогда не будет как прежде, но жизнь продолжается.